музыка

МИХАЭЛЬ АГАФОНОВ

 

фотограф Ян Югай
стиль Алексей Бородачёв-Архипов
ассистент стилиста Анастасия Суханова
груминг Лена Смилевич 

Музыкант и композитор Кирилл Рихтер не любит географические метки, временные рамки, жанровые привязки и прочие условности. Действительно, зачем говорить о музыке, когда ты можешь её писать и исполнять?

 Но на съёмке с востребованным молодым самородком пианино поблизости не оказалось. Поэтому мы просто беседовали – о воспитании линейкой по пальцам, питерских священниках, Григе и Бейонсе.

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ 

 Первым инструментальным произведением, которое я полюбил, была музыка из сюиты «Пер Гюнт» Эдварда Грига. Для кого-то это детская музыка, но я считаю её великой. Это настоящий суперхит всех времён и народов! Думаю, раньше люди лучше умели писать хиты, чем сейчас Рианна или Бейонсе. Хотя они тоже молодцы.

 Я сходил с ума от Грига. А потом нашёл пластинку, где ещё были записаны работы Мориса Равеля и Жоржа Бизе. В итоге два этих француза и один норвежец стали моими любимыми композиторами. А потом добавились Рахманинов и Прокофьев. И многие другие. 

ДЕТСТВО 

 У нас был военный радиоприёмник, на котором мы с братом включали «Европу Плюс» и так далее. Помню, на приёмнике сверху была светящаяся панель: из неё мы делали сцену, на которой выступали фигурки из «Киндера». На этом же приборе можно было слушать переговоры десантников и танкистов. Но мы ловили поп-волны и радио «Ретро». 

НАЧАЛО 

 Серьёзно заниматься музыкой я начал в 15-16 лет.

 Когда был ещё ребенком, мама встретила знакомую, которая преподавала музыку в Доме творчества и пригласила меня. Мне купили ужасно старый подержанный синтезатор. Вообще он предназначался брату, но тот быстро потерял к нему интерес, и я «донашивал». С удовольствием подбирал мелодии и что-то придумывал. Ноты были безнадёжно испорчены, поэтому я на слух баловался со всем этим.

 В девятом классе понял, что самостоятельные занятия музыкой ни к чему не приведут, и захотел «корочку». В музыкальной школе меня разочаровали, сказав, что не берут таких взрослых учеников, и предложили пойти во второй или четвертый класс. Я настоял, чтобы меня всё равно прослушали, и в итоге меня приняли в последний класс. Закончил всё за один год экстерном, на этом моё музыкальное образование закончилось.

САМООБРАЗОВАНИЕ 

 Образование дало мне в первую очередь дисциплину. Мне пытались ставить руки, я отнекивался, меня шлёпали линейкой по пальцам. Я спорил, а потом понимал, что играть так и правда удобнее. Всё доставалось через борьбу.

 Считаю, что ловкость уходит, если ты делаешь вещи, противоестественные твоей физиологии. Коллега как-то сказал, что я необычно ставлю кисть. А я об этом не задумываюсь. Мне и правда легко подобрать кисть или сделать удобный для меня пассаж. Но только для меня. Для пианиста это, может быть, и плохо, а для композитора – хорошо. Ты сочиняешь вещи, которые тебе удобны, это тоже часть музыки, и, если хотите, стиля. У Рахманинова – огромная растяжка кисти с возможностью брать очень широкие интервалы, у Шопена – бесконечная беглость и любовь к огромному количеству нот в секунду, у Прокофьева – просто саркастичный характер. Очевидно, что любой параметр индивидуальности играет свою роль и в музыке. 

КОНСЕРВАТОРИЯ 

 Никогда не скажу, что я счастлив, что не окончил консерваторию. Она очень важна. Единственное, чего она, к сожалению, не даёт – это подхода, когда в любом проекте у тебя развязаны руки, но степень сложности определяешь только ты сам, а не учитель. Это больше всего похоже на жизнь, и этого меньше всего можно найти в классическом образовании.

 Но что касается техники и теории музыки, то мне было бы намного полезнее учить всё это не самому. Хотя в самообразовании тоже есть своё удовольствие: ты выбираешь только то, что интересно тебе, и пропускаешь, например, атональную музыку. 

СВОБОДНОЕ ПЛАВАНИЕ 

 Сочинять музыку, пусть и наивно, я начал лет пять назад, но профессионально заниматься композиторством решил в прошлом году. Осенью 2016-го были первые крупные выступления: два концерта в Большом концертном зале имени Гнесиных в Москве и в музее Эрарта в Санкт-Петербурге. Тогда я стал писать музыку сразу для трёх человек и в процессе пытался понять, насколько это удобно играть. Задача была непростая. Потом был Sound Up в Колонном зале Дома Союзов, тогда и сбылась детская мечта сыграть в этом месте. Сейчас я стараюсь, чтобы каждый концерт был особенным и в новом пространстве. Я думаю, это очень важно – сохранять неповторимость происходящего здесь и сейчас с тобой и зрителями. В этом для меня и есть ценность живых выступлений. 

КИНО В ГОЛОВЕ 

 Наука и музыка – разные способы мышления и познания мира. Я окончил филиал Научно-исследовательского института ядерной физики. Да, могу пошутить, что у меня красный диплом физика-ядерщика. Но на самом деле специальность у меня была графическая: мы там рисовали, чертили и проектировали.

 Сейчас изобразительная часть моей жизни играет большую роль: музыку я вижу визуально, и для меня очень важна история, повествование. Иногда я вижу сюжет как кино у себя в голове. А иногда, наоборот, музыка даёт толчок к появлению визуального образа.

 В Британской школе дизайна меня больше всего подкупал подход к работе. Никто не говорил тебе делать что-то конкретное, а только предлагал обсудить то, что ты уже сделал. Как в жизни. В жизни же никто не говорит: «Иди-ка учи теорию». Теория нужна, но важен баланс с практикой. В музыке я тоже делаю свой research: слушаю всё, что было создано до меня. 

ИНСТРУМЕНТЫ 

 Петь я точно не буду. Иначе придётся заканчивать музыкальную карьеру: я же распугаю всех слушателей.

 Недавно купил предшественника ренессансной лютни – арабскую лютню аль-уд, у которой 11 струн. И вот иногда балуюсь. Был небольшой опыт с флейтой, но она мне не близка.

 Конечно, хотелось бы для большего понимания освоить и струнные, но в целом это некий штамп – композитор-пианист. Ты пишешь всё равно как пианист, остальным приходится с этим мириться.

СТИЛИСТИКА 

 Однажды мою музыку назвали экспрессивным минимализмом. Термин мне близкий, но никому не понятный. Я бы охарактеризовал свои сочинения термином современная инструментальная музыка. Или даже просто инструментальная музыка. Потому что она не принадлежит какому-то стилю или времени. Я могу пойти куда угодно – отойти от фортепиано и сыграть на клавесине, например.

КЛАССИКА ПРОТИВ ПОП-МУЗЫКИ 

 В истории музыки было очень много композиторов, которые использовали самые разные стили. И варианты, куда можешь пойти лично ты в своем творчестве, далеко не очевидны. В популярной музыке, конечно, особенно важен элемент личности. Поп-песня может быть не так подробно проработана, как оркестровые вещи, но её цепкую мелодию вы быстро запомните.

 Я считаю, что и поп-музыка, и электроника, и джаз, и рок могут существовать наравне с инструментальной музыкой. Но почему-то академические музыканты часто игнорируют эти жанры. А ведь одновременно со Стравинским, например, начал появляться джаз – и то и другое сильно влияло на музыкальную культуру. 

В КОНТАКТЕ 

 Важно сохранять диалог со слушателем, рассказывать про свою музыку. В нашем мире любая коммуникация очень важна. Если наши концерты не имеют серьёзного академического настроения, то перед каждым сочинением я рассказываю, о чём эта работа. Мои объяснения достаточно абстрактны, чтобы человек имел возможность сам поразмышлять. 

ПРОКРАСТИНАЦИЯ 

 Я очень требователен к себе. Необходимо иметь баланс, не размениваться на меньшее. Если ты пишешь музыку или создаёшь какой-то проект, то должен понимать, зачем ты это делаешь. В то же время я очень люблю баловаться, делать что-то не по теме, я ужасный прокрастинатор. Сейчас надо закончить несколько оркестровых, а я сижу здесь на съёмке... 

ВДОХНОВИТЕЛЬ

 Был один случай, который меня поразил. Мне написал молодой священник из Санкт-Петербурга, который только что поступил на службу. Ему доверили таинство исповеди, и он морально не справлялся, хотел покончить жизнь самоубийством. Сказал, что моя музыка помогла ему побороть это желание. Думаю, ради такого стоит продолжать.

ТУСОВКА

 Здорово, что есть фестиваль Sound Up, который делает инструментальную музыку модной, – композиторов-инструменталистов редко причисляют к тусовке.

 Почему меня стали чаще звать выступать? Сложный вопрос. С одной стороны, на мероприятиях я порой скучаю, и голову не покидает мысль о потраченном впустую времени, с другой – можно пообщаться с коллегами и обсудить работу с режиссёрами, например. Впрочем, если это уйдёт, буду заниматься тем же самым: писать музыку.

КОЛЛАБОРАЦИЯ МЕЧТЫ 

 Я бы хотел поработать с Aphex Twin. Уже было несколько предложений от крупных электронных музыкантов, но пока они повисли в воздухе. И конечно, если бы Florence + The Machine сказали мне: «Kirushasdelai nam pesnyu», – я бы тут же согласился. Флоренс (певица Флоренс Уэлч, лидер коллектива – прим. автора) – это образец вкуса, стиля и мощной энергетики. Именно поэтому её не миновал успех. Она стопроцентно искренна в том, что делает. Когда в искусстве есть правда, это всегда подкупает.

ОСЕННИЕ ВАЛЬСЫ

 Скоро два моих трека появятся в интернет-магазинах. Пока я сам по себе, хотя у меня есть несколько помощников. Никак не могу найти в России музыкальный менеджмент, который подходил бы именно мне. Есть несколько предложений из Европы, но я пока взял тайм-аут: непонятно, как это поможет мне здесь.

 Когда выпущу музыку? Ненавижу называть сроки! Но могу сказать, что альбом вальсов, записанный на шведском лейбле, должен выйти этой осенью. Остальные мои треки не настолько лиричные, это будет совсем другая история.

 Скоро.